Когда писал в своей рубайе,
Что жизнь готов прожить за час,
Предвидел, ждал уже тогда я
То, что случилось мне сейчас!

Тот час продлился, все же, месяц
И все же был длиною в миг,
В котором города и веси,
Любимый голос, милый лик...

Звучала жизнь в теченье мига
Трубой гусарского полка,
А я в ней то монах-расстрига,
То зов пастушьего рожка!

В ней все, кроме постов, изжито -
Все бури тысячи годов,
Огонь любви, слезой залитый,
Даль разделенных городов...

В ней была женщина-молитва -
Мечта поэта и бича -
И от того теперь болит все,
Что потерял ее, крича!

Кричал и рвал я все на части,
Не веря, что любовь не ТА,
Что совершенство того счастья -
Моя безумная мечта...

В ней расставанье вместо смерти -
Грусть и туман царят внутри...
Я не живу - стихам поверь ты!
И слезы прошлого утри...